Строка новостей
Домой / Семейные тайны / Любовные страдания

Любовные страдания

История этой любви невероятна и напоминает известную молодежную песню: «Её зовут Маша, она любит Сашу, а он любит Дашу и только её… » Но в отличие от песни конец в этой истории счастливый.

любовные страдания

Первая любовь

Оля жила в Николаеве вместе с родителями, бабушкой и дедушкой, сестрой Таней, на три года старше её. Тёмная, живая, с глазами, похожими на смородинки, она и в 16 лет оставалась совсем ребёнком. Но подружки уже имели кавалеров, Оле тоже хотелось любви.

И однажды незнакомый парень попросил её к телефону. «Женя!» – назвался он и назначил встречу. Он был невысокого роста, скромный, жил с матерью и отчимом. И он непременно понравился бы Оле, но голова и сердце у неё были заняты Вовой, парнем, с которым она встречалась около года и рассталась месяц назад. Из желания забыть любимого она стала встречаться с Женей. И даже пригласила к себе в гости.

– Мне было тогда уже 22 года, я несколько лет искал себе девушку и не мог найти, – рассказывает Женя. – Оля оказалась моей первой девушкой. Но подружив с ней 2 недели, я понял, что в жены она ещё не годится – не доросла. А я хотел жениться, и мама поддерживала моё решение. Это было всего год назад. Оля училась в одиннадцатом классе.

Я пришел к ней в гости, увидел её сестру Таню, и моё сердце дрогнуло. Это была девушка, о которой я мечтал. Стильная, современная и с ровным спокойным характером, как у меня. И она была свободна! Оля заваривала чай для всех нас на кухне, а я, пользуясь её отсутствием, назначил Тане свидание. Я почти не надеялся на успех, но Таня согласилась прийти. Мы провели с ней вместе вечер, и на следующий день я честно сказал Оле, что мне понравилась её сестра и мы должны расстаться. Она отнеслась к моему заявлению очень спокойно, и я поразился её мужеству. Я не знал тогда, что ей это было безразлично. В её сердце всё ещё жил Вовка.

С Таней всё было прекрасно! Я работал, после работы спешил к ней, домой приходил только ночевать. Очень быстро я сделал Тане предложение, она согласилась стать моей женой. Но до официального сватовства дело не дошло. Однажды я захватил для Насти, подруги Оли и Тани, своего двоюродного брата Серёжу. Но моя Таня с Серёжей мгновенно потянулись друг к другу. Я старался не показывать, что вижу это. Думал, всё пройдёт, но переживал очень сильно. А тут ещё Оля неожиданно влюбилась. В нашу общую компанию заглянул двоюродный брат Насти – Костик. Ему было 29 лет, у него была отдельная квартира. Он стал ухаживать за Олей, она ответила ему взаимностью. Однажды я пришел к Тане и узнал, что Оля сбежала из дома. Мы сразу поняли, где она, и пришли к Косте за ней.

Разбитые сердца

Оля категорически отказалась возвращаться домой. Заявила, что любит Костика очень сильно, останется у него жить и домой не вернётся. Таня стала её уговаривать, говорила о переживаниях родителей. А у меня было отвратительное настроение, потому что я чувствовал, что теряю Таню, и я сорвал свою злость на Оле. Когда мы остались с ней наедине, я очень грубо сказал ей всё, что думаю о её поступке. Не знаю, что подействовало – Танины слова или мои, но Оля вернулась с нами домой.

А Таня в тот день сказала мне, что любит Серёжу. Они встретились всего четыре раза и поженились. Они живут у Таниных родителей, и у них всё хорошо.

А для меня весь мир закрылся, когда ушла Таня. Я две недели не выходил из спальни. Плакал, кричал. Я был готов на всё, чтобы её вернуть. Ругал себя за то, что познакомил её с братом. Хотел набить морду Серёге, но понимал, что не справлюсь с ним. Я пытался пить, но от этого становилось ещё тяжелее. Хотелось бежать к ней, кинуться в ноги и просить прощения. За что? Я не знал. Но лишь бы она осталась рядом, лишь бы всё было так, как и прежде. И только мама всё успокаивала меня: «Не переживай, сынок, значит, не судьба».

Через несколько месяцев я вновь наведался к Насте, у меня всегда были с ней дружеские отношения. В гостях у неё я увидел Олю. Увидел и поразился. Она повзрослела за это время и очень похорошела. Из прежней девчонки превратилась в симпатичную девушку, фигура оформилась. Всё в её поведении и характере понравилось мне. Появились солидность и степенность. Но я догадался, что она ждёт ребёнка. Пошел провожать её до дома и спросил об этом прямо. Она так же прямо ответила: «Да, жду. Уже три месяца».

К тому времени я знал, что Костик бросил её.

Не знаю, что говорило во мне тогда больше всего: чувство моей вины – если бы я не бросил её год назад, она не попала бы в такую беду; ревность и оскорбленное самолюбие, что вот она мгновенно нашла себе другого и хочет родить от него ребёнка; жалость к ней; желание защитить её или это было зарождение настоящей любви. Я не знаю. Но это новое чувство оказалось таким огромным, захватывающим и неожиданным!

«Я женюсь на тебе, – сказал я ей у её дома, – если ты избавишься от ребёнка». «Нет! – ответила она. – Это очень опасно. Врачи сказали, что тогда я могу никогда больше не родить».

И я согласился с ней, что первый аборт, да ещё в такой срок, очень опасен. Я попытался её поцеловать, она отвернулась. Уходя в тот вечер домой, я знал, что Оля прочно вошла в моё сердце.

Я буду тебе хорошим мужем!

Наутро я рассказал обо всем маме.

– Ты должен решить всё сам и поступить, как подскажет тебе сердце, — сказала она. — А чужой ребёнок — это не беда. Сам его воспитаешь, ребёнок будет твоим. Посмотри, меня взял твой отчим с двумя детьми, а как счастливо мы живем!

Я думал ещё несколько месяцев, что мне делать. Расспрашивал друзей. Многие из них женились на женщинах с детьми, и все говорили мне, что ребёнок семейному счастью не помеха. Скорее наоборот. Долго со мной беседовала Настина мама, объясняя, что я могу сделать счастливыми сразу трех людей: себя, Олю и будущего младенца. Я думал о своей судьбе. И проверял свою любовь к Оле, не ошибся ли? Не пройдёт ли она? Но чем больше я думал, тем сильнее мне хотелось увидеть Олю и быть с ней вместе.

– Когда мои родители узнали, что я жду ребёнка, они тут же приехали вместе со мной к Костику для разговора, – рассказывает Оля. – Но разговор не получился. Костик разозлился, что я пришла к нему не одна, а с родителями, и пожелал говорить только со мной. Он сказал, что не женится на мне, потому что в его жизни появилась другая девушка. И даже если его заставят жениться, он все дни и вечера будет проводить на стороне, с ней. Такой брак был заранее обречён.

Костик потребовал категорически, чтобы я избавилась от ребёнка. Но врачи делать это не советовали. А позже Костик вообще заявил, что этот ребёнок не его.

«Бог ему судья!» – сказали мои родители. Мама поддержала меня в ту трудную минуту.

И родилась Аллочка, любимица всей нашей семьи. А когда Аллочке было 2 месяца, к нам вечером неожиданно позвонили. Мама открыла дверь, на пороге стоял Женя с огромным тортом.

«Это для Оли! – сразу сказал он. И спросил меня прямо в лоб: – Ты согласна быть моей женой? Аллочка будет моим ребёнком! Я буду ей хорошим отцом, вот увидишь!»

И я неожиданно для самой себя согласилась. Женя оказался настоящим другом и настоящим мужчиной – опорой в трудную минуту, главой семьи.

– Она была так напугана в тот вечер! А её родители просто шокированы! – вспоминает Женя. – Я сразу же попросил у них руки их младшей дочери. Они отлично знали, что я познакомился сначала с Олей, но ухаживал за Таней, они не видели меня несколько месяцев и не поверили, что мои намерения серьёзные.

«Я её люблю! И это неважно, что у неё не мой ребёнок!» – сказал я им тогда.

В тот вечер, положив Аллочку в коляску, мы долго гуляли по городу. Была пятница. А в воскресенье мои родители приехали к родителям Оли свататься.

Вскоре Оля стала носить Женину фамилию Сидорова. С момента их первого знакомства до свадьбы прошло чуть более года. Они сняли комнату в малосемейном общежитии, где живут втроём.

Галина Иванова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

два × два =