Строка новостей

Воскресшая

Катя Саломатина всегда была заводилой и активисткой – весёлая, общительная, жизнерадостная. В любом деле она была одной из лучших: вскопать ли огород, поучаствовать ли в соревнованиях или выступить в самодеятельности – всё у неё получалось с задором, юмором и невероятной энергией…

надежда на исцеление

Диагноз – как приговор

Окончив с отличием школу, Катя так же отлично отучилась и в педучилище. Вернулась в родное село учительницей и очень скоро завоевала большой авторитет и любовь коллег и учеников. Родители – Раиса Петровна и Семен Савельевич – нарадоваться не могли на дочку. Мечтали: вот Катя выйдет замуж, родит им внуков.… Но беда всегда подкрадывается незаметно. Катя стала прихварывать: начали побаливать колени, локти, потом девушка стала стремительно терять вес. На недомогание бойкая по натуре Катя поначалу старалась не обращать внимания: «Подумаешь, болит. Пройдёт». Не прошло – однажды прямо во время уроков она упала в обморок. Встревоженные родители настояли на медицинской консультации в краевом центре. И всё же, думалось, ерунда, какое-то несерьёзное недомогание. Поэтому приговор врачей – «склеродермия» – прозвучал для 22-летней Кати и её родителей как гром среди ясного неба. До того момента Саломатины и не подозревали о существовании такой болезни. Врач, наблюдавший Катю, попросил девушку пойти прогуляться, а с родителями состоялся тяжелый разговор.

– Заболевание вашей дочери чрезвычайно серьёзное. Склеродермия – это последствия сбоя работы иммунной системы организма, поэтому проявления её могут быть самыми различными, – честно признался доктор.
– А Катя поправится, её можно вылечить? – в надежде на положительный ответ умоляюще прошептала Раиса Петровна.
– Болезнь находится в запущенном состоянии, прогрессирует быстро, поэтому ничего определённого сказать не могу. Главное – не терять надежды, верить в счастливый исход. Очень важно, чтобы вы поддерживали эту веру в Катюше. Не позже чем через неделю её надо поместить в больницу, торопитесь.
– Ну, что сказал доктор? – бойко подбежала Катюша к вышедшим из кабинета главврача родителям. Но, увидев заплаканные глаза матери, потерянный взгляд отца, осеклась и поняла всё.

Лучше умереть, чем так мучаться

С того дня, как говорит Екатерина Семёновна, потянулись годы мучительного существования. На больничных койках она проводила большую часть времени. Больницы сменялись клиниками, стационарное лечение амбулаторным, но никакого улучшения не наступало. Что только не делали родители, чтобы облегчить страдания дочери: возили к светилам науки, водили по знахарям и целителям, дело дошло до колдунов, гадалок и снятия порчи. Всё было тщетно – Катя таяла как свеча.

– У меня стали искривляться и болеть все суставы, потом стали гнить пальцы на руках и ногах, выпадать волосы. Дальше – хуже. Тело покрыли непроходящие язвы, волной накатывали головные боли и тошнота, от которых не было спасения. Желудок перестал нормально принимать пищу. Я могла днями лежать, не в силах поднять голову от подушки, ничего не осознавая, кроме мучительной боли во всем теле. И только думать: «Лучше умереть, чем так мучиться».

А самым страшным ударом, окончательно сломившим волю Кати к жизни, стало предательство любимого человека, любовь к которому все время помогала ей «держаться на плаву».
– С Сашей мы знакомы с самого детства, вместе учились, играли, вместе пришли работать в школу. Я – учителем начальных классов, он – завхозом. Мы были как две половинки одного целого, не мыслили связать свою жизнь с кем-то другим, строили планы.… И вот, когда я вернулась из очередной больницы на «побывку», он пришел меня навестить. И, прощаясь, вдруг набрал в грудь воздуха и выпалил: «Кать, ты знаешь, нам лучше расстаться. Ведь я всегда хотел иметь большую семью, много детей. А из тебя какая мать? Ты ж больна… Я решил жениться на другой, мы уж и заявление подали. Ты прости меня». И ушел.

Надеяться можно только на чудо

Для Кати оборвалась последняя нить, удерживающая её в жизни. С того дня её состояние резко ухудшилось. В больнице, куда её привезли перепуганные родители, врачи только разводили руками: «Молитесь. Она очень плоха. Если не умрёт, то точно останется прикованной на всю жизнь к постели. Но, честно, надеяться можно только на чудо». И оно произошло – Катя не умерла ни через день, ни через неделю, ни через месяц. Умирающая девушка неожиданно для самой себя нашла мощный источник духовных и физических сил.

– Я лежала в палате, а рядом со мной умирала от такой же болезни молодая женщина, мать двоих детишек. Бедняга доживала последние минуты, и смерть ее была так мучительна, так физически мне близка, что на меня вдруг, после того как она испустила последний вздох, нашло что-то вроде озарения. Я вдруг не то что поняла, а как будто ко мне возвратилось забытое знание о том, что смерть плоти не есть самое страшное. Самое страшное – заблудшая душа, не искавшая в этом мире спасения. Я не могу словами объяснить это чувство – это чувство познания абсолютной истины, горячая волна познания смысла существования. И ещё я поняла – мне нужно в церковь, я хочу к Богу.

В храм пошла сама

Церковь Святого Пантелеймона целителя стала для Кати первым шагом к исцелению. Комсомолка, атеистка искренне обратилась душой к Всевышнему. К изумлению всего персонала, «безнадежная» Катя Саломатина утром сама, без помощи, встала и, еле передвигаясь, пошла в храм.

– Сначала я смогла находиться там не больше пяти-десяти минут, больше не позволяли боли в ногах и спине. Потом – полчаса, потом – час. Я ощущала такую благодать, такое умиротворение, все земные проблемы отступали – такими они казались мелкими и суетными. На слух стала запоминать молитвы, научилась молиться. И поняла, что уныние – такой же страшный грех, что нельзя человеку, творению Божию, впадать в отчаяние. Нужно быть благодарным за все, что Он ниспошлет.

Екатерина Семеновна не только встала на ноги, вопреки прогнозам врачей, но, обретя веру, она обрела и второе дыхание. Она объехала паломницей практически все святые места Руси, что под силу не всякому здоровому человеку. Приходилось идти многие километры пешком на поклонение, спать в монастырских дворах, да мало ли неудобств у паломников. И чем крепче становилась ее вера, тем здоровее становилось и её тело.

– Это Господь ниспослал мне прощение и исцеление, – убеждена Саломатина. – Ведь сейчас я могу обходиться без 90 процентов тех лекарств, без которых раньше не протянула бы и дня. Господь дает мне силы и для работы на благо людей – я по мере сил прислуживаю в нашей церкви, веду кружок истории христианства в нашей школе, стараюсь привить ребятам веру в Бога. Ну, или хотя бы научить их ценностям христианских заповедей.

К Екатерине Семеновне возвратились радость жизни, её энергия, желание творить добро. «Светится человек» – говорят про неё с любовью и почтением односельчане. Единственным «мирским переживанием» женщины осталось огорчение по поводу своего обезображенного язвами и рубцами лица, хотя Екатерина Семеновна пытается это скрыть. «Пустое это – внешняя красота, суетность», – улыбаясь, говорит она. Но все же в доме своем зеркал не держит и всегда вежливо отказывается фотографироваться. Да и девичьи свои портреты убрала подальше с глаз – чтобы не расстраиваться и не возвращаться даже мысленно к той жизни, в которой ей пришлось перенести столько боли, горя и страха.

Александр Панкратов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

один × пять =