Строка новостей
Домой / Читальный зал / Война научила не сдаваться

Война научила не сдаваться

77-летний пенсионер смотрит не в прошлое, а в будущее…

пенсионер пасечник

Николай Савченко, пенсионер из Березанского района, уверенно говорит:

— В президенты надо выбирать председателя процветающего колхоза. Да такого, чтобы не одно хозяйство поднял, а два-три!

Николай Дорофеевич приехал в редакцию с чётким планом преобразований деревни, где у него своя пасека — целых 16 ульев….

Расплодятся здесь маралы, и заплещется форель

— У нас в районе — богатейшие природные возможности! — воодушевлённо убеждал нас Николай Дорофеевич. — Местность самим Богом предназначена для разведения хорошей рыбы — форели, стерляди. А самое интересное, здесь есть все условия, чтобы построить ферму и разводить маралов. Они почти не требуют ухода, кормятся сами — и зимой, и летом. Мясо марала говяжьему ни в чём не уступает, а панты марала, молодые рога, — редкое и дорогое сырьё для фармацевтической промышленности. Я работал на Алтае в марал-совхозе, знаю, как правильно организовать дело…

Маралы на Николаевщине далеко не единственная идея Николая Дорофеевича:

— У нас в районе и кедры выращивать можно. Кто не верит — могу показать целых два экземпляра, уже пятнадцать метров высотой. А кедр — это превосходная древесина — для стройки лучше и не надо. Орехи опять же, хвоя для бальзамов. Лиственницы, кстати, здесь тоже приживутся.

Вдруг лицо моего собеседника омрачается:

— Если не принять мер, деревня так и будет прозябать в нищете. У нас, ни медпункта, ни магазина нет, люди случайными заработками перебиваются, горькую пьют.… Возрождать деревню надо, а то Украина ни с чем останется. Ведь из какой разрухи поднялась после войны, а? Державой стали. А теперь — как побирушки. Горько мне это говорить в 77 лет.

Вначале была война

Никогда не унывать, не думать, что нет выхода, — ещё в детстве решил для себя Николай. Жестокую школу жизни он начал проходить ещё в 14 лет, когда белорусскую деревеньку Визовец, где жили они — пятеро ребятишек с мамой-инвалидкой, оккупировали фашисты. Отец ушел на фронт в самом начале…

Днём пацаны обрабатывали землю на лошадях, оставленных немцами. А когда не работали, собирали оставшееся после здешних боёв оружие: автоматы, винтовки, наганы, стаскивали их в укромное место и отдавали партизанам. Но кое-что оставляли себе. Иногда, выгнав лошадей в ночное, баловались, стреляя по мишеням. Один из пацанов из-за какой-то корысти сдал пацанов местным полицаям, а те — немцам. Гестаповцы пацанов нещадно били, чтобы вызнать, где они прячут оружие, связаны ли с партизанами. Троих старших расстреляли, Николая и двух других отпустили. Как ни странно, после гестапо хотелось рисковать. Он помогал партизанам: таскал уголь в кузню, где староста деревни (он же, как потом выяснилось, командир отряда) ремонтировал оружие, разведывал, что и куда везут немцы по железке. А в 43-м, когда советские войска подошли к Бресту и немцы стали спешно вывозить из окрестных деревень людей на работы в Германии, попросился бойцом в партизанский отряд. Есть у него награды: за участие в партизанском движении, «За победу над Германией». С отрядом и закончил войну в Карпатах. Ему шел 17-й год.

Сейчас у Николая Дорофеевича другая война — с местной бесхозяйственностью и беспробудным пьянством.

Николай Савченко — не типичный представитель своего поколения. А если подумать — передовой. Сейчас поймёте почему.

А жизнь — впереди

Всю жизнь Николай Дорофеевич выбирал работу по принципу «там, где платят».

— Зарплату в 600 — 700 рублей в советское время я за деньги не считал, — рассказывает пасечник. — Сразу после войны завербовался в Республику Коми, валил лес… Меньше полутора тысяч в месяц не заколачивал. Но мне нужно было закончить десятилетку, а какая в лесу школа? Друг позвал работать на шахту, в Донецкий бассейн. Шесть лет я в забое оттрубил и вечернюю школу одолел. А в 55-м рванул на освоение целинных земель. Такое было время, что казалось: всё по плечу, на всё здоровья хватит, и всё ещё впереди.

Там и судьбу свою встретил — Нину Мартыновну. Пятерых богатырей родила ему жена. Больше двадцати лет прожили вместе. Но характеры у обоих о-го-го! И однажды поехала жена одна отдыхать и нашла себе другого. 16 лет жил Николай Дорофеевич в одиночестве. Сына Олега бывшие супруги несколько лет назад похоронили: случилось несчастье.

Ещё большим ударом стала для них смерть 24-летней внучки, дочери Олега. А ведь именно ради этой девочки приехал тогда из Крыма в Березанский район неугомонный дедушка, чтобы помочь невестке поставить внучку на ноги. А у неё — страшная болезнь.

Тогда и стал дед пчёл разводить. Гонит от себя тяжелые воспоминания Николай Дорофеевич. Не прошлым хочет жить, а будущим. У него семь внуков, значит, что-то ещё есть впереди.

— Для разведения пчёл лучшие места, чем Березанский район, не сыщешь! — опять увлекает он своим рассказом. — Такая богатая, медоносная здесь растительность — прямо тайга, неиспорченная цивилизацией.

Несколько месяцев назад Николай Дорофеевич познакомился в санатории с бывшей учительницей. Нина Николаевна младше его на десять лет. «Добропорядочная и чистоплотная, — с затаённой улыбкой сообщает жених. — Такого внимательного и заботливого человека в моей жизни давно не было. Да, и женюсь на восьмом десятке! А что тут такого? — заявляет Николай Дорофеевич. — Ни одному же мне маралов разводить!»

Post Scriptum

Дети давно выросли, разъехались по всей стране: Сергей и Николай с семьями — в Тюменской области, Александр — в Николаеве, Володя — в Крыму. На радость деду подрастают семеро внуков. Снова надо жить.

Елена Лямкина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

двенадцать + четыре =