Строка новостей
Домой / Читальный зал / Замуж за раба

Замуж за раба

Мария Горланова нашла любовь в концлагере, там же родила своему избраннику троих детей…

концлагерь

На золотом прииске Сутара как проклятые работали ссыльные, те, кто чудом избежал расстрела. Семью Горюшкиных пригнали туда из маленькой деревеньки. Из их семьи выжила только младшая дочка Мария. В сталинском аду она нашла своё счастье.

Летом, когда Мария Горланова сидит на лавочке, её иногда просят уступить место для «немощных старух». 22 февраля бабе Маше исполнится 90 лет. Но соседи уверены, что ей на десяток меньше. Пожилой женщине пенсии в 300 гривен едва хватает, чтобы оплатить коммунальные услуги и прокормиться. Она могла бы получать и больше, если бы собрала стопку справок, подтверждающих 20-летний стаж работы в концлагере, но обивать пороги чиновников бабушке не под силу.

И, тем не менее, Мария Петровна никогда не жалуется. Она всем довольна.

– В моей жизни было главное – большая любовь, – объясняет Мария Горланова.

Горюшкино горе

Под одной крышей в семье Горюшкиных проживали 15 человек. Старшие сыновья привели в дом жён, нарожали детишек и не собирались бросать на старости лет отца и мать. Дочка Машенька занимала в семье особое место. Братья оберегали младшенькую. Зимой 1931-го ей стукнуло 16 годков. Но незнакомые люди принимали худую девушку за ребёнка. В 11 лет Маша вытянулась до 155 см, и с тех пор перестала расти.

Зима была на исходе. Перестали кружить колкие вьюги. Дома постоянно велись разговоры о предстоящем севе. Горюшкины строили планы.

Размеренная жизнь оборвалась около полуночи 31 марта.

– К нам в дом пришли военные, наставили на нас оружие и велели покинуть дом, – вспоминает Мария Петровна. – Я нацепила на себя шубу да валенки и под дулами автоматов влезла в каталажку.

Семью отвезли на железнодорожную станцию и погрузили в товарный вагон.

Увидеть белый свет Машеньке привелось только через 30 дней. Истощённых от голода Горюшкиных, словно дрова, разгрузили с поезда в городке Облучие Хабаровского края.

– Нас отвезли на прииск Сутара, – вздыхает Мария Петровна. – Никакого жилья там не было, поэтому нам приказали рыть землянки.

Утром ссыльных погнали мыть золото. Драгоценный песок весом в тридцать граммов можно было выменять на порцию сухарей. Ничего другого из пищи Машенька не попробует в течение следующих 20 лет.

Полюбила ссыльного

Прииск Сутара, где влачили своё существование тысячи ссыльных, не был обнесён колючей проволокой. Надёжным забором служила непроходимая лесная чаща. Конечно, находились смельчаки, желающие пробиться сквозь тайгу на волю. Но их немедленно отлавливали и отдавали на растерзание собакам. Останки бросали к землянкам родных. Чтоб другим неповадно было.

– Однажды мне под ноги швырнули изувеченного человека, кажется, он ещё дышал, – схватилась за сердце Мария Петровна. – Я от неожиданности перепугалась, поскользнулась и уже почти упала, как меня кто-то подхватил. Оборачиваюсь – стоит чумазый молодой человек и обеспокоено вглядывается мне в глаза.

Он представился – Михаил. Машенька почувствовала трепет в груди. Семью Мишы Горланова пригнали сюда всего месяц назад. Но ему повезло: его взяли столяром батрачить на вольных. Стоять по щиколотку в речной воде сутки напролёт, не разгибая спины, ради золотой песчинки ему не пришлось.

– Миша проводил меня до землянки, – улыбается Мария Петровна. – А потом каждый день начал захаживать, по утрам до речки провожать. Стал обо мне заботиться. То сухарик принесёт, то горсть ягоды в лесу насобирает и мне отдаст.

Однажды Машенька сильно захворала. Суровый климат подкосил сильную девушку. Но не пойти на работу значило умереть с голоду. Тут Горланов постарался: всеми правдами и неправдами он пристроил девушку мыть полы в офицерскую столовую на две недели.

Маша как метеор летала с тряпкой и ведром по просторной зале. Старалась меньше попадаться на глаза офицерам. Знала: если вдруг допустит оплошность, наказанием будет расстрел.

– Помню, был вечер вторника, военные покушали и уже расходились, как один солдат подошел ко мне, – делится впечатлениями Мария Петровна. – Я думала – всё, живой из столовой не выйду. А он всего-то спросил, как меня зовут, и попытался угостить чем-то сладким.

Машенька гордо отказалась.

В тот день она бегом мчалась домой. На душе скребли кошки. Отказать вольному – страшно, но и предать Мишеньку она не смогла.

О знаках внимания со стороны военного Маша с Горлановым словом не обмолвилась. Но долго скрывать это всё же не получилось.

– Солдата звали Николаем, он явился ко мне и предложил пойти за него замуж, – продолжает Мария Петровна. – У него был паспорт. Коля обещал сделать документ и мне, а потом вывезти из лагеря.

Маша тянула время. Наконец Николай опять пожаловал к ней в землянку. Опустив голову, солдат объявил, что в этот день он уезжает.

– Придёшь на станцию вечером, поедешь со мной как жена, обещал он, – качает головой Мария Петровна. – Но я осталась на прииске. Я ссыльного Мишеньку любила.

Маша перебралась жить к Горланову.

С милым рай в землянке

Уже год Миша и Маша жили как муж и жена. Молодая женщина носила под сердцем ребёнка, но продолжала вкалывать на прииске.

31 декабря она, как обычно, мыла драгоценные крупинки. Внезапно тупая боль парализовала все тело. Маша попыталась разогнуться, но не смогла.

Через сутки она стала мамой. Крошечную девочку назвали Ниной.

– Оказалось, Миша последние месяцы ежедневно откладывал по сухарику про запас, – благодарно вспоминает Мария Петровна. – А после рождения малышки выдал мне продуктовую заначку. Я смогла неделю сидеть с доченькой дома и питаться запасами.

В течение следующих пяти лет Маша родила ещё двоих: дочку и сына.

В 1951 году выживших ссыльных отправили с прииска на родину, лагерь ликвидировали, для работы в Сутаре наняли вольных.

Горлановы перебрались в Украину. Но Михаил не смог научиться жить свободным. Он оказался слабее супруги и умер практически сразу после приезда.

– Я думала, упаду в его могилу, умру тоже, – делится горем бабушка Маша. – Но у меня трое детей. Не в детском же доме им расти.

Мария Петровна устроилась работать грузчиком на стройку. У сорокалетней женщины не было никакого образования. Она умела только добывать золото.

– Знаете, я в науках не разбираюсь, но одно усвоила точно, – на прощание заявила Мария Петровна. – Настоящая любовь бывает раз в жизни, она – испытание судьбы. Выдержать с честью его надо каждому. Тогда и умирать не страшно.

Юлия Иванова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

два × 5 =